Реклама 18+

Элвис Мерзликинс: «Раньше я считал, что в Латвии нет нормальных болельщиков»

 

 Элвис Мерзликинс

 

Есть золотое правило журналистики: идёшь брать одно интервью – готовь вопросов на три. Почти всегда корреспонденту приходится говорить на сторонние темы и задавать наводящие вопросы, вытаскивая „клещами“ нужную информацию из собеседника. Но на то и существуют правила, чтобы были исключения, такие, как Элвис Мерзликинс. 

Когда ко мне подозвали Элвиса, он деловито спросил: 

— Тел-левизионное, нен-надолго?

— Диктофонное. Минут 25-30, – ответила я, – пойдёмте куда-нибудь в более тихое помещение.

Акцент Мерзликинса не предвещал ничего хорошего, и я уже мысленно настроилась, что материал выйдет маленьким и куцым. Но как только мы сели за стол, а диктофон был включен, латвийский вратарь начал настолько развернуто отвечать на каждый вопрос, что мне даже пришлось перебивать его, памятуя об ограничении во времени. 

 

      Аудиоверсия интервью 

 

„В ДЕТСТВЕ ИГРАЛ ВМЕСТЕ С ЗЕМГУСОМ ГИРГЕНСОНСОМ“

 

 — Скажите, пожалуйста, как вас в Швейцарию занесло?

 — Когда я был маленький, моя мама ездила к своей подруге туда, в Швейцарию, отдыхать. Она часто ездила – где-то два-три года каждое лето. И познакомилась там с одним мужчиной, а через три года мама вышла за него замуж, и тогда она меня с моим братом забрала в Швейцарию. Но брат потом решил ехать обратно в Ригу, потому что у него в Латвии были учёба и друзья.

 — Брат старший?

 — Брат старший – ему двадцать девять сейчас. А я в Швейцарии остался и начал играть в хоккей, и продолжал там мой второй класс в школе.

 

 Элвис Мерзликинс в детстве

        

— А начали в Риге хоккеем занимались?

— В хоккей я начал в Швейцарии играть. Первая команда, самая первая команда у меня – это «Лугано». А в Латвии я только научился кататься на коньках, и это всё.

— Просто любительское катание?

— Да-да-да: на озеро шёл с братом. 

Потом в Лугано начал играть в хоккей.  А через два года или три моя мама рассталась с мужем, и мы приехали назад в Ригу. И потом, спустя 6-7 лет, я сам поехал обратно в Швейцарию.

— Где вы продолжали играть, когда приехали обратно в Латвию?

— Я играл в Риге, называлась команда EVHS, там я играл вместе с Земгусем Гиргенсонсем.

— О, кстати. Недавно опубликовали список сборной Европы на Кубок мира, и Гиргенсонса там нет. А все ожидали, что будет. Как вы к этому относитесь?

— Ой, я, – бросает растерянный взгляд на диктофон, –  это для меня... как это понимать? Я вообще… Я имею в виду, что я вообще об этом кубке хорошо даже не знаю, и для меня важно только играть мой сезон в команде «Лугано» и, конечно, за сборную.

— То есть вы даже не знаете, что будет Кубок мира, что будет сборная Европы составлена?

— Я слышал о нём, но я не очень знаком с ним. 

— Сейчас пока ещё никто толком не знаком.

— Да-да. Ещё я вот сейчас познакомился с CHL (Лига чемпионов. – Прим. автора), в которой мы будем играть с «Лугано» первый раз. А вот об этом кубке я не знаю. Ну, извините, может, я не такой хоккеист профессиональный, – смеётся Элвис, – но я честно не знаком с этим кубком. Я не знаю, какие там команды. Я знаю, что будут играть на Кубке мира Россия и шведы, потому что видел, какие майки у них сделали, а про Латвию я вообще ничего не слышал.

— Вообще не знаете, что все ожидали, что Земгус станет одним из хоккеистов сборной Европы: там будет составная сборная Европы. И все ждали, что он войдёт в список. По крайней мере в России ждали.

— Он отличный игрок. Он молод. Я смотрел, как он играет, когда сидел на скамейке. У него всё есть: у него есть скорость – он быстрый, у него есть мастерство, и он играет в силовой хоккей. Я думаю, если честно, что Земгус заслуживает играть на Кубке мира, и надеюсь, что он там хорошо сыграет. 

— Вы дальше вернулись в Швейцарию. И...?

— Я вернулся в Швейцарию тогда, когда мне было пятнадцать, и сыграл один сезон в молодёжке. Потом мне предложили контракт – я его подписал. И вот только сейчас, в следующем сезоне, этот контракт у меня заканчивается.

 

Элвис Мерзликинс 

 

— Так, подождите, вы сами поехали или всё-таки на вас скауты вышли швейцарские?

— Нет, я сам туда поехал, потому что я начал там играть в хоккей, и я считаюсь как швейцарец. 

— То есть у вас есть второе гражданство?

— Нет, я, как хоккеист, считаюсь из Швейцарии.

— Лицензия игрока?

— Да, лицензия игрока (лицензия, дающая право играть в швейцарских лигах. – Прим. автора). Я считаюсь как швейцарец, а не как иностранец. Даже когда я в Латвии играл, я всё время считался игроком из «Лугано» – у меня всё время документы были в Швейцарии. И просто в «Лугано» воспользовались этим. Они меня позвали, когда мне было 15 лет, и я сыграл отличный сезон, показал себя хорошо. Потом они предложили мне тот контракт, и я тренировался с тренером из Чехословакии. Он отличный тренер, он мне помог, он тот тренер, кто поставил меня в первую команду. А сейчас я тренируюсь с братом Роберто Луонго и шведским тренером. 

— Игрок «Базеля», футболист, рассказывал, что в Швейцарии необыкновенные по сравнению с Россией, по сравнению с другими странами, даже с Чехией, условия и базы – всё там очень хорошо построено и устроено. Действительно так? Вы же и в Латвии поиграли.

— Ну, в Латвии я, по большому счёту, только тренировался. Я даже в последней команде не играл столько много. А когда я поехал в Швейцарию, ну там, конечно, по-другому всё было. Там условия лучше были – там жизнь лучше была: тебя там учили и за тобой смотрели, где в Латвии, может быть, не смотрели в те времена. Сейчас я не знаю, как там в Латвии. Но в Швейцарии очень следят за хоккеистами, которые приезжают из Европы. Они вкладывают деньги в них, и конечно, швейцарцы не будут просто так брать хоккеистов и даже не смотреть, не учить, не тренировать их.

— Ну да, там скаутская система самая лучшая, пожалуй.

— Они взяли меня и дали мне всё по максимуму, и я благодарен им за это. Я такой, какой сейчас, только благодаря им.

  

„БУДЕМ ОТКРОВЕННЫ, ХОККЕЙ — ЭТО BUSINESS“

 

 — А сейчас вопрос на засыпку. К вам присматриваются несколько клубов КХЛ – у меня есть инсайдерская информация. В КХЛ поедете? Как вы к КХЛ относитесь?

— КХЛ – это хорошая лига. Тут то же самое, как почти в НХЛ, только поле больше. У нас есть в Швейцарии игроки из КХЛ. У меня есть предложения, но не буду говорить какие, потому что это… это я не могу вам сказать. Но будем смотреть.

— Предложения из КХЛ?

— Да, есть и из КХЛ. Будем смотреть, как пройдет лето, и что будет летом.

— То есть можете поменять Швейцарию с прекрасными условиями на, – гримасой показываю состоянии инфраструктуры в России, – ну вы представляете примерно, что у нас здесь?

— Да, я представляю, – смеётся Элвис, зеркаля мою мину, – в этом смысле мне не нравится КХЛ. Мне в Швейцарии очень хорошо, но будем откровенны, что хоккей – это business, и ты должен понимать это. Я оставил школу ради хоккея, но в большинстве своём играю сейчас только за радость, за то, что я люблю этот вид спорта. Но, конечно, я должен думать о моем будущем. Так что, это… это всё время бизнес, хоккей – бизнес, да и вообще везде здесь business. Надо думать тоже и про карьеру, но я ещё пока что не знаю, я с агентом только сегодня вечером поговорил и всё.

— Так, а агент у вас: швейцарец, латыш, американец? 

— Агентство находится в Америке, а сам агент, который следит за мной, он из Швейцарии. Он отличный агент, я себя очень хорошо чувствую с ним. У меня было 2-3 агента, которых я уже поменял. Но мне важно то, что речь идёт не только о бизнесе, а идёт речь и о дружбе. Мы с ним были друзья, когда я начал играть в первой команде, он еще играл. Так что мы были из команды напарники. А сейчас он начал свой бизнес, он уже пробился в нём, и я очень рад за него. Но самое важное, какая у нас relationship (отношения. – Прим. автора). Не знаю, как сказать по-русски.  

— Я поняла.

— И его семья мои хорошие друзья. Мы были в баре, все танцевали вместе. Так что, это самое важное для меня, чтобы был бы рядом со мной какой-то человек, которому я доверяю.

— Психологически близкий человек.

— Лучший друг чтобы был, а не только о бизнесе, не только из-за контракта.

— Когда речь зашла о КХЛ, вы упомянули о площадках в NHL. Считается, что канадские хоккеисты очень много привнесли в швейцарский хоккей. А площадки в Швейцарии обычные, да?

— Больше. Там больше, чем тут.

— Больше?

— Да, они больше. Мне кажется, я не знаю, как в длину – возможно, они длиннее, но они шире – это точно. Они в ширину больше, и в длину, наверное, тоже длиннее.

— А вам на какой площадке более всего удобно играть? Или всё равно?  

— Ну, я думаю, это надо привыкнуть. 

— К отскокам, да?

— К отскокам и к броскам тоже. Когда едешь в NHL, там броски тебе кажутся быстрее, и они резче, потому что у тебя меньше времени на реакцию. Но в Швейцарии по-другому, в Швейцарии у тебя есть больше времени отдохнуть. И там хоккей кажется медленнее, а в НХЛ всё быстро, потому что там маленькая площадка. Но надо привыкнуть. Когда приехал на чемпионат мира, мне было трудно на первых тренировках.

— Трудно, да?

— Я думаю, как и каждому вратарю.

— Как, трибуна понравилась наша или нет?

— Да-да.

— А вот некоторые говорят, что душно. Действительно душно хоккеистам?

— Ну, она выглядит душно, потому что сидения... они синие.

— Нет, а именно на площадке душно?

— Да, поэтому я и говорю, когда ты играешь, ты видишь сидения синие, и из-за тёмного цвета тебе кажется, что всё маленькое, что всё на тебя идёт. Но это только кажется: площадка одна и сантиметры одни и те же. Да и мне некогда смотреть по сторонам, поэтому мне это не мешает, потому что я слишком концентрируюсь на мою игру, на мою работу.

   

„ПРО ДРАФТ КХЛ ВООБЩЕ НЕ ЗНАЛ — МЕНЯ ЭТО НЕ ИНТЕРЕСОВАЛО“ 

 

— Расскажите, пожалуйста, про драфт. Вы расстроились, когда рижское «Динамо» вас задрафтовало только в третьем раунде КХЛ? Или вообще даже не знали ничего про этот драфт КХЛ?

— Я вообще не знал про драфт КХЛ – не знал, что меня задрафтовали. 

— Вообще?

— Вообще.

 Когда там меня задрафтовали?

— В 2012-м.

— Ну а мы сейчас живем в 2016-м. 

Мне никто ничего не сказал.

— Так, то есть вы до какого времени не знали, что вас драфтовало «Динамо» в драфте КХЛ?

— Я узнал три дня спустя, потому что мне друзья написали «Поздравляю». Но из «Динамо» мне точно никто никогда ничего не сообщал.

— И, естественно, в Челябинск вас на драфт никто не приглашал? 

Был драфт в Челябинске.

— Нет. Я не знал.

— А расстроились, что раунд был третий?

— Мне на КХЛ всё равно было. Меня не интересовал вообще этот КХЛ, потому что я отлично жил своей жизнью в то время в Швейцарии и сейчас живу. Так что меня вообще не интересовал этот драфт.

 

„КОГДА БЫЛ МАЛЕНЬКИМ, ЧАСТО ОДЕВАЛ КЕПОЧКУ КОМАНДЫ NHL И ПРЕДСТАВЛЯЛ, ЧТО МЕНЯ ФОТОГРАФИРУЮТ“

 

— Тогда поговорим о драфте НХЛ, как это было?

— Сыграл хорошо сезон в Швейцарии. Но там было всё серьёзно, там скауты со мною говорили. Скауты мне звонили перед драфтом и после драфта.

— Так, а вот когда скауты НХЛ были на матчах, вы об этом знали или нет?

— Тогда я играл в юниорах, и они приходили больше на юниоров смотреть. А в юниорах ты сразу это замечаешь, потому что ты видишь, как они одеты, как они выглядят.

— Как они одеты?

— Ну, они слишком солидно одеты и смотрят игру без реакции – вообще никакой реакции нет.

— То есть вы такой психолог – прямо вот раз... и всё видите?

— Да, сразу замечаешь, потому что ты видишь их по курткам, на которых нарисован лого команды, откуда они приезжают.

— Ну, не всегда, нет. Бывает, что скауты работают инкогнито.

— Все скауты, которых я видел, у них было лого. Я знаю, что есть и скрытые скауты, с которыми ты можешь пойти сейчас в бар с командой и там найти себе лучшего друга, и, в конце концов, он может оказаться скаутом. Но со всеми, с которыми я говорил, по ним было видно, что они из НХЛ. 

— А вы были на драфте в Филадельфии?

— Я не был. Меня клуб не отпустил. 

 

 Драфт

 

— Подождите, драфт проходил в июне месяце. В клубе уже были сборы какие-то?

— Да, мы уже тренировались. Но это единственная вещь, за которую я чуть-чуть сержусь на свой клуб, потому что... это была моя мечта – мечта туда поехать. Когда я был маленький, я смотрел себя в зеркало, одевал кепочку из команды NHL и представлял, что меня фотографируют, и я этот момент очень ждал в своей жизни. Меня огорчило, что наш генеральный менеджер не отпустил меня. Он сказал, что меня отпустят в Филадельфию, только если я буду выбран в первом или втором раунде. Но все знали, что в первом раунде у меня не было шансов вообще, потому что это был не мой год. И во втором раунде, там более-менее что-то было, мне говорили, что там что-то есть. Но в НХЛ-драфте ты никогда ничего не знаешь наперёд: тебе могут сказать «Ты в первом раунде», но ты будешь сидеть все семь раундов и просто ждать.

— Но вы, получается, третий были из Европы среди вратарей задрафтованы. То есть впереди вас были выбраны только вратарь из Чехии и вратарь из Швеции, по-моему.

— Ну, – разводит руки самовлюблённо прищуриваясь, – это...

— Наш Сорокин, который в рейтинге проспектов шёл впереди – в пятёрку европейскую входил, он после вас, по-моему, в четвертом... нет, после вас в третьем раунде выбран был. А Шестёркин наш, считающийся очень перспективным вратарём, он был задрафтован аж в пятом, что ли.

— Ну, это... это драфт.

— А какие эмоции у вас были, когда вас задрафтовали? Помните?

— Самая первая эмоция то, что я не верил. Даже когда я знал, что меня задрафтовали, я не верил. Честно, я начал плакать, потому что это моя самая большая мечта в какой-то день начать играть в NHL. Я очень радовался, и мой брат, и моя мама, все мне звонили, плакали, и это... это был чудесный день в моей жизни, я его никогда не забуду.

— Как считаете, правильно драфтовать, как вас выбрали – в девятнадцать лет? Спорят эксперты, что либо в восемнадцать вратарей нужно драфтовать, либо в девятнадцать. Потому что в восемнадцать голкипер ещё „кот в мешке“ – непонятно, что вырастет.

— Я думаю, это было правильно, потому что раньше во мне не было ничего особенного.

— То есть с восемнадцати лет до девятнадцати вы выросли, расправили крылья?

— Да, можно и так сказать. Когда мне стукнуло девятнадцать, я начал играть в первой команде, у меня отличный сезон был. Я думаю, что я в том сезоне заслуживал драфт, и я там появился. А раньше – нет, когда я просто играл за юниоров.

Когда был драфт моего года, меня не задрафтовали, я думал, что это всё, потому что я не знал вообще, что меня могли задрафтовать на следующий год. Это мечта – NHL, драфт НХЛ, а у меня её больше не было, поэтому я даже руки опустил. Но я играл мою игру, тренировался очень много, и в конце концов меня задрафтовали.

 

 Элвис Мерзликинс

 

— А дальше лагеря новичков НХЛ, что там было?

— Сразу после драфта мне позвонили через полчаса и сказали, когда я вылетаю. Я ответил, что могу вылететь даже завтра – у меня не было проблем. Я очень рад был. Поехал в лагерь на неделю. И было странно, потому что мне очень нравится Бобровский, но я видел Bobrovsky только по телевизору или играя в Sony PlayStation, а когда я заходил в раздевалку и видел имя «Бобровский», его форма там стояла, для меня это всё казалось, как будто какой-то сон у меня идёт, что я сплю как будто. А потом я уже привык, потому что в Швейцарии тоже есть игроки, которые играли в НХЛ. Я уже был знаком с ними и успел подружиться, когда они играли в нашем клубе. Так что я уже привык к этому. 

— А вот когда увидели раздевалку, чуть-чуть не закралась мысль, что замените Бобровского?

— Нет, вообще не было такой идеи, потому что я молодой был – мне было девятнадцать.

 

„БОБРОВСКИЙ МОГ БЫ ИГРАТЬ С ЗАКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ“

 

— Вы смотрите игры «Коламбуса» вообще? Как расцениваете игру Бобровского в «Коламбусе» и на чемпионате мира?

— Я – да. Когда у меня есть время, я просматриваю. Но у них игра тогда, когда в Швейцарии ночь, и поэтому не получается много смотреть. Я смотрю в основном только хайлайты. Бобровский очень быстрый, очень стабильный вратарь, и он тоже, как и я, спасает шайбы, когда их надо спасать. Я был очень рад, когда мы играли против России, и я мог видеть его игру вживую. Я видел над чем мне надо работать ещё – подрабатывать на позиции, где он стабильный. Он свои ворота очень хорошо знает, но, конечно, у него есть experience (опыт. – Прим. автора), и он старше, и он уже в НХЛ, так что, я думаю, что он – отличный вратарь, и мне есть у кого учиться. 

— На ваш взгляд, есть ли какие-то слабые стороны у Бобровского? 

— Я не могу вам сказать, где его слабое место, потому что он тренируется с вратарским тренером, у кого я только пытаюсь научиться, поэтому я не могу вам сказать, может быть, я этого даже не понимаю, и, может быть, это его особенность. Я вижу, что Бобровский очень хорошо знает свои штанги, он мог бы просто играть с закрытыми глазами и был бы в отличной позиции – всё время на шайбу. И это то, чему я должен научиться – научиться знать хорошо свои ворота. А где его слабое место – я честно не знаю. Я его не знаю, как человека, я еще не познакомился с ним. Очень надеюсь, что летом, если мне повезет, он будет там, и мы сможем потренироваться вместе. И я буду много трудиться, чтоб знать штанги, как свои лучшие друзья, как их знает Бобровский.

 

„У МЕНЯ БЫЛА ОДНА КЛЮШКА НА ДВА ГОДА“

 

— Вы – трудоголик?

— Я уже с детства такой – у меня такой характер. Я ненавижу, когда я не могу что-то достать, я буду делать всё невозможное, чтобы достать это. И мне всё равно, чего это стоит или сколько надо ждать, но я всё равно это сделаю.

— Так упёрто и вперёд?

— Я Овен по гороскопу. Я такой всегда – не отступаю. Думаю, нет смысла сдаваться, потому что я считаю, у каждого человека есть свой характер и своё предназначение для человечества, и никто другой не будет решать за тебя твою судьбу. Если ты хочешь стать тем, кем хочешь, ты иди и вставай, потому что никто вообще у тебя на дороге не должен мешать. Конечно, можно подумать, что всё так легко, сразу вот поставят на тарелке и подадут вам? Нет! Надо стараться, трудиться. У меня мама только, у меня папы не было никогда. И мама… мама выращивала меня одна. 

— Она мать-одиночка, да?

— Папа умер, когда мне было три года. И мама… мама… мама дралась за меня и моего брата. У мамы не было ни денег, ничего не было. У меня… у меня одна клюшка была на один или на два года. И маме очень трудно было. И вот сейчас, если я тут сижу как хоккеист, я думаю, что самая большая благодарность – это ей, что она выдержала!

 Мама Элвиса Мерзликинса

      Мама и старший брат Элвиса Ренарс. Начало 90-х            

 

— Как маму зовут?

— Маму зовут Сандра.  И она… и она… она – очень большой молодец, потому что у неё очень трудно было, очень-очень трудно. Но моя мама, я считаю, – на этих словах глаза Элвиса становятся влажными, – она самая сильная женщина, которую я знаю и которую я буду любить до конца своей жизни!

— Вы молодец. А кто мама по профессии, кто папа был по профессии? Со спортом как-то связаны?

— Мама со спортом связана – она гимнасткой была.

— Гимнастка спортивная или гимнастка художественная?

— Спортивная. А папа, насколько я знаю, мама мне рассказывала, что папа катался на коньках по кругу. Я не знаю, как этот спорт называется. И на велосипеде ехал по кругу в спортивном зале.

 

 Мама Элвиса Мерзлинса

    18.05.16, Riga international Airport. Сандра терпеливо ждёт,                                                              пока сын раздаст автографы

 

— У вас фигура похожа на пловца, на полевого хоккеиста, но вот вратари, они такие... менее широкоплечие. Вы чем-то ещё занимались?

— Нет, я когда был маленьким, я только в хоккей играл.

— А плавали? 

— Да, мне нравится плавать, потому что у нас в Швейцарии есть тренировки кардио, и там ты можешь решить: или бегать, или плавать. Я плаваю, потому что думаю, что это для меня лучше. Плавание тренирует тебя больше, чтобы ты мог лучше дышать. Я лучше тренируюсь так, чем бегать, где 30 градусов под солнцем. 

 

„КОГДА НЕРВНИЧАЮ, ИГРАЮ САМЫЕ ЛУЧШИЕ ИГРЫ“

 

— В матче с Россией, хотя вы пропустили четыре шайбы, но все хоккейные эксперты сошлись на том, что Player of the Game должны были дать двум вратарям – вам и Бобровскому. Как вы относитесь к тому, что организаторы в тот раз не дали вам приз лучшего игрока? 

— А меня это не волнует, потому что я в глубине души знал, что хорошо сыграл свою игру.

 

 Элвис Мерзликинс

 

— Что вы – лучший из сборной? Потому что там у вас оборона...

— Это команда, а я только делал свою работу. Я помогал команде выигрывать матч или хотя бы давал надежду на это. Я не могу забивать голы, это не моя работа, но я пытался ловить и боролся до последней минуты, потому что для меня был важен этот матч. Я хотел хорошо сыграть его.

— А какие переживания были, когда отменили гол? Что переживает голкипер во время судейских видеопросмотров? Мне рассказывали, что тренер переживает необыкновенно, у него чуть ли не инфаркт в этот момент.

— Я не переживаю, потому что хоккейная игра идёт 60 минут, и всё может случиться. Я это знаю, потому что в плей-офф с «Лугано» мы горели 3:1 за 2 минуты до конца игры. И мы забили 3:3 за 6 секунд до конца матча. А потом, в овертайме, мы сразу забили и выиграли матч. Так что хоккей – это классная игра, которая идет 60 минут! 

— Когда и как вы узнали, что едете на Чемпионат мира по хоккею?

— Просто сыграл свои игры перед чемпионатом, и потом просто сказали состав: кто едет – кто не едет. 

— Вы рады были?

— Да, потому что это мой первый чемпионат мира, который я играю за сборную и не ожидал, что я буду играть столько много. 

— А первый матч (матч со Швецией, в котором Мерзликинс был признан лучшим игроком сб. Латвии. – Прим. автора)?

— Конечно нервничал, потому что это был первый матч чемпионата мира за сборную – особенный матч. Но я считаю, что сыграл отлично. Я заметил, когда я нервничаю, я играю самые лучшие игры. Поэтому я рад, когда нервничаю. 

— По-моему, все игроки сборной Латвии играют самые лучшие игры, когда очень невничают, – шучу я. – Так прекрасно выглядела сборная против сильных соперников в игре со Швецией, дальше Масальскис и Ко очень хорошо смотрелись в игре с Чехией, но после матча с Россией всё посыпалось. Почему? 

— Я не могу вам ответить на этот вопрос, потому что я только останавливаю шайбу. Я не команда. Я не знаю, почему это так. Просто я считаю, что в некоторых матчах удача была на нашей стороне, а в некоторых она не была. Так что, я не знаю, почему так.

— А сегодня (интервью проводилось 17 мая. – Прим. автора), что у вас такое случилось? Просто психологически настроились, ничего от этого матча не решается? 

— Наверное, да. Наверное, тоже психология. Даже если ты это не хочешь, всё равно это так. Поэтому для нас тот матч ничего не решал. Конечно, мы старались победить и старались забить им, но были наши ошибки, которые мы совершали. Но самое главное, я считаю, что мы остались в элите. И это самое важное. А почему мы так сыграли сегодня вечером – не знаю, как ответить и вообще не знаю, есть ли тот, кто вам ответит на такой вопрос, потому что ты просто играешь, ты не знаешь, почему так случается. 

— А вот с датчанами, когда были буллиты, хотелось со своими, с капитаном, например, разобраться за нереализованные попытки?

— Это не моя работа, ещё раз. У них есть своя работа.

— То есть вы прямо абстрагируетесь и не смотрите, что в команде. Вы с командой, но вы – это вы, да?

— Да, я с командой, но я – это я. Потому что у меня должна быть больше концентрация: игроки — их больше, а вратарь только один. И то, что они не забили эти буллиты – это не моя проблема, я там ничего не могу сделать. Но я попытки даже не смотрю, потому что я считаю, что когда я смотрю – идёт неудача. Я даже не видел, какие буллиты они били и что они там сделали.

— В каком-то из матчей вы ворота даже поцеловали на радостях, когда в штангу попала шайба. Часто ворота целуете? Просто у нас есть один вратарь футбольный, который все время штанги целует.

— Это было против датчан. Потому что если попадает по штанге, это – твой лучший друг.

— И прямо целуете?

— Да-да, целую, потому что это… это мне повезло. Там где-то две минуты не хватало до конца игры, поэтому я так сделал.

— Был такой эпизод, не с вами, а, по-моему, с Эдгарсом Масальскисом, когда 29-й номер поднял клюшку и передал вратарю. Там не было кому подсказать? Что, все не знали?

— У меня такое было с «Лугано», я думал, другие игроки знают, что так делать нельзя. А я это знал, потому что у нас в Швейцарии уже были такие удаления, и я познакомился с rules (правила. – Прим. автора). Но видно, что ребята из нашей команды ещё не знакомы хорошо с rules. Это что-то новое, что было только с начала сезона, так что нормально, что они еще не знакомы с правилами, так что ничего страшного. 

 

„ЗНАЮ ИТАЛЬЯНСКИЙ, АНГЛИЙСКИЙ, ЛАТЫШСКИЙ, РУССКИЙ И УЧУ ИСПАНСКИЙ“

 

— Теперь уйдём от хоккейных тем. Вы сколько языков знаете? Вы ведёте Twitter на английском.

— Четыре я знаю: итальянский, английский, латышский, русский и сейчас учу испанский.

— А испанский зачем?

— А мне просто нравится испанский.

— Вы такой полиглот?

— Да, у меня есть очень много свободного времени, так что я хочу выучить испанский.

— Вы сказали, что не закончили школу, но ведёте Twitter очень грамотно.

— Ну как, я закончил свои 9 классов, а потом подписал контракт с «Лугано».

— А Twitter ведёте сами? 

— Да, сам. Свой – сам. Настоящий мой – сам. А там есть какие-то фанаты...

— Ещё про социальные сети. У вас там много фотографий путешествий. Любите путешествовать?

— Да. Как есть свободное время – да. 

 

 Мерзликинс

 

— Какая страна самая любимая для путешествий?

— Смотря, что ты хочешь. Дубаи – там многое есть на что посмотреть. Если хочешь отдыхать и просто хоккей забыть, то отъезжаешь в Бразилию или в Грецию, а Греции тоже отлично, но смотря где: если хочешь больше тусовок – ты едешь в Миконос, а если ты хочешь просто отдохнуть, как я поехал, тогда езжай в Санторини.

— Ну а самое запоминающееся путешествие? 

— Я был в Греции, в Санторини – это отличное место. Очень хорошее море, и там просто отдыхаешь, там нет тусовок. Но самое интересное было Дубаи. 

— Дубаи? Что там понравилось?

— А там мне понравилось, как там дома построены, какая жизнь у них там. 

— То есть вы, когда приезжаете куда-то, смотрите именно как активный турист, а не только на пляже лежите?

— Да, конечно. Если я приезжаю куда-то, я хочу познакомится с городом, где я был, а не просто сказать «Да, я был там, но я был только на пляже». Мне нравится Рио. В Рио было классно, но там очень опасно. Рио для меня очень был важен, потому что я хотел видеть статую Христа – она мне очень важна была.

 

„В ЦЕРКОВЬ ПОЧТИ НЕ ХОЖУ, НО МНОГО МОЛЮСЬ“

 

— Вы верующий человек?

— Да, я очень верующий.

 

 Мерзликинс

 

— Но у вас нет на шлеме ничего религиозного, вроде бы.

— Нет, на шлеме я это не рисую, потому что я не думаю, что это нужно.

— А что на шлеме?

— На шлеме просто у меня всё было. Для сборной у меня шлем простой, ничего там много нет. 

— Нет, ну там написано что-то у вас. 

— Там написано «Латвия», поставлен наш лого. Ещё я поставил мои, мамины, брата и папины инициалы, а сзади написано, откуда я – из Риги, и всё. Ничего там такого нет. Уже нужно думать про новый шлем для «Лугано», но сейчас со временем проблемы, как приеду в Лугано, так и подумаю о рисунках для шлема. 

— Вы креативщик или какие-то классические рисунки любите?

— Смотря как, смотря какой настрой, смотря какие майки, смотря какое лого.

— Вы сказали, что верующий. Ходите в церковь – в храм?

— Нет, в этом смысле – нет. Я не хожу в церковь, но я много молюсь. И если надо, если трудные времена, да, я иду в церковь и молюсь за меня, за мою команду, за близких людей, у которых есть проблемы. Но говоря про шлем, я не считаю, что на шлеме надо рисовать самое важное, потому что вера это твоё персональное, ты не должен это показывать другим людям.

 

„СЕЙЧАС ПЛОХО, НО, МОЖЕТ БЫТЬ, В СЛЕДУЮЩЕМ ГОДУ БУДЕТ ОЧЕНЬ ХОРОШО, ГДЕ ТОЖЕ БУДУТ ПЛАКАТЬ НАШИ БОЛЕЛЬЩИКИ, НО ТОЛЬКО ИЗ-ЗА РАДОСТИ“

 

— Скажите, пожалуйста, и, наверное, на этом закончим интервью, что бы вы хотели пожелать сборной Латвии?

— Конечно удачи. Удачи и успеха, и я надеюсь, что на следующем чемпионате мира мы сможем показать наш лучший результат – лучше, чем в этом году. 

— Что себе бы хотели пожелать? 

— Удачи, успеха также, потому что она мне нужна в этот момент.    

— На ближайшее время? А как вы себя представляете, например, через три года, через пять лет?

— Я не думаю так далеко. Это мне безразлично. Потому что я живу день за днём и не думаю сейчас, где я окажусь через три года. Потому что всё может произойти.

 

 Элвис Мерзликинс

 С главным фанатом сборной Латвии – президентом республики

 

— Я ехала в метро по Сокольнической линии, в вагоне были два маленьких болельщика из Латвии – Кирилл и Никита. Никита прочёл вслух название ведомства и спросил, правильно ли он произносит. Отвечаю: «Да», – ничего не сказав о предстоящем интервью. А мальчик мне: «Мы сегодня проиграли». Говорю, чтоб подбодрить: «Буду брать интервью у Элвиса Мерзликинса». Они вам пожелали удачи, а один из них чуть ли не плакал. Что хотите сказать болельщикам вот таким, которые со слезами…

— Я пытался зайти в сборную уже два года, меня не взяли, и все болельщики Латвии, как сказать, они плохо говорили обо мне. Я считал, что в Латвии нет нормальных болельщиков, но сейчас, когда я зашел в свою игру, я показал, какой я есть. Болельщики – они хорошие. Сегодня плохо сыграл, но я столько много комплиментов получил. А то, что мальчик плакал – это нормально, это хоккей, это спорт. Сейчас плохо, но, может быть, в следующем году будет очень хорошо, где тоже будут плакать, но из-за радости только. 

— Ладно, всё, спасибо вам большое.

— Не за что. Спасибо вам.

 

После интервью Элвис пожал мне руку, даже не подозревая, что юный болельщик Никита, а возможно, в будущем, хоккеист латвийской сборной, поступил точно так же, и даже выражение лица у Элвиса и Никиты было на удивление одинаковым. Рукопожатие от того, кто переживал на трибуне, через несколько часов передалось тому, за кого так сильно переживали. 

    

 Мерзликинс

       🏆 ДОСЬЕ НА ИГРОКА🏆

 

Фамилия: Мерзликин/Merzļikins

Имя: Элвис/Elvis

Отчество: Вячеславович

Дата рождения: 13.04.1994

Вид спорта: хоккей

Основное амплуа: вратарь

Хват клюшки: левый

Рост/вес: 193/85

Гражданство: Латвия

Место рождения: Рига

Команда: ХК«Лугано» (в сезоне 1992-1993 за Lugano выступал Игорь Ларионов. – Примечание)

Драфт NHL: в 2014 году выбран под общим 76-м номером клубом Columbus Blue Jackets

Ранее выступал за: HC Lugano U17, HC Lugano U18, HC Ceresio, HC Lugano U20

Титулы: чемпион мира U18 D1A 2010-2011, серебряный призёр чемпионата мира U20 D1A 2013-2014

Награды: U18 WJC D1A Best GAA 2010-2011, U18 WJC D1A Best Goaltender 2010-2011, U18 WJC D1A Best SVS 2010/2011, NLA Media Most Improved Player 2013/2014, NLA Youngster of the Year 2013/2014, Elite Jr. A Most Shutouts Playoffs 2013-2014, World Championship Top 3 Player on Team 15/16

 

 

 

Фото: Edijs Pālens; Adrien Perritas; delfi.lv; личный архив хоккеиста

 

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Микрофон в наманикюренной руке
+43
Популярные комментарии
solidnij
+11
Мерзликин не русскоговорящий латвиец...он латыш,а русский ни его приоритетный...Но при этом надо отдать должное, что он знает русский язык...Молодец, что талантлив не только на льду...
Ответ на комментарий Booligan
Хорошая работа, интересный тип. Смешно говорит. Лет через 20 так же будут говорить так называемые русскоязычные украинцы, если не опомнятся.
Alexey 41
+7
Спасибо Елене, удачи Элвису ! 😉
Голливудский Доктор
+7
Спасибо вам за предоставленные откровения от хоккейного Элвиса, Елена)
Пётр Петров
+5
СВР 🔥 ахахахахаах😎😈😜

Тссссссссссссссссссс🙊🙈👀Ввнедряется Черкасова под прикрытием👼 но забыла удостоверение убрать😱а латышский мальчик-разоблачитель Никитà тут как тут👹
Ответ на комментарий Карл Кларыч
Комментарий удален
JERRY
+5
очень красивая мама! настоящая красота !
Ответ на комментарий JERRY
Мама зачетная)))))
Написать комментарий 14 комментариев

Новости

Реклама 18+