8 мин.

Александр Кравцов, вам пора уходить из биатлона

Алексей Авдохин – о том, куда безликий чиновник загнал российский биатлон.

20 мая 2014 года – памятная дата для нашего биатлона. В этот день его начал топить Александр Кравцов.

Безликий функционер, много лет просидевший во главе (сначала начальником управления зимних видов, потом первым замом, а с 2009-го директором) Центра спортивной подготовки сборных России – бюрократической махины, созданной для распределения бюджетных денег.

Отчетливее всего на этой должности он запомнился благодаря дочери Евгении Кравцовой и зятю Сергею Новикову – заурядным спортсменам, которые в какой-то момент, удивительно совпавший с его продвижением по госслужбе, получили безграничное доверие от тренеров биатлонной и лыжной сборной. Но одной руководящей должности Кравцову было мало.

«Не смог спокойно смотреть на то, что по результатам биатлон скатился в аутсайдеры. Понимание, что делать, есть. Если окажут доверие, начнем действовать», – ручался Кравцов перед выборами президента СБР в 2014 году. Выборов не получилось – 6 из 8 кандидатов сняли свои кандидатуры прямо на конференции в пользу Кравцова. Надо ли объяснять, при каких обстоятельствах происходит такое в России?

«А что вы от меня хотите? Что вообще можно сделать за три года?» – в феврале 2017-го, отдуваясь за очередной провал на ЧМ, президент СБР рассуждал так, словно его выбирали не на четыре года, а до тех пор, пока он действительно что-то не сделает.

Пожалуй, эти слова Кравцова – лучшая характеристика всей его работы. При нем русский биатлон мог стать сильным, адекватным и справедливым, но за три года не сделано НИ-ЧЕ-ГО.

Только вдумайтесь – три года потрачено впустую. Три бессмысленных, вычеркнутых из жизни года, вместивших в себя безмедальный чемпионат мира, связку рекордных антисерий на Кубке мира и тотальный бардак в любых решениях.

У кого-то вообще есть понимание, куда ведет наш биатлон менеджер Кравцов? Какая им выбрана стратегия, поставлены цели, методы их достижения?

Ответ выстрадан тремя годами и в общем-то очевиден.

Управление нашим биатлоном так же спонтанно и стихийно, как любое высказывание его президента. Все решения здесь принимаются интуитивно (на уровне «а попробуем-ка вот так»), наощупь и под влиянием сиюминутных обстоятельств, а никакой выверенной программы развития или хотя бы примерного понимания, что нужно делать – нет.

И если вспоминать эти три года с карандашом в руках, то хаос появляется более-менее во всем, к чему прикасалась рука господина Кравцова.

Структура сборной

Перед каждым сезоном с подачи Кравцова конструкция команды разрушалась – и это выглядело не поиском оптимального варианта, а реакцией на недовольство биатлонистов.

Должность главного тренера то отсутствовала, то возникала – порой в весьма странных проявлениях, вроде недолгого фиктивного назначения Ольги Зайцевой. Тренировочные группы с каждым сезоном дробились на мелкие, кого-то отпускали на самоподготовку, кому-то ее запрещали, но результата это не приносило никому, кроме Шипулина.

И сейчас, после трехлетних невнятных экспериментов за год до Олимпиады, руководство СБР в паническом непонимании – сгребать ли всех снова в одну большую группу (так проще строить и контролировать работу) или делить на несколько (вероятность угадать с подготовкой хоть кого-то немного увеличивается).

Тренеры

Все три сезона с Кравцовым продержался только нынешний главный тренер Александр Касперович, который после бунта в мужской команде весной 2015-го вдруг пошел на повышение, но за три года из вселяющего свежие надежды специалиста превратился в символ абсурда и генератор неадекватных цитат.

Старшие тренеры менялись, как перчатки, а кто из них действительно старший иногда узнавали после старта сезона.

Касперович и безобразно выставленный из команды Королькевич в сезоне-2014/15.

Гросс и Коновалов в сезоне 2015/16.

Гросс и Норицын в нынешнем.

Гросс и кто-то новый, но такой же послушный и зависимый, в следующем.

При выборе тренеров учитываются какие угодно критерии – лояльность, дружба, родственные связи, умение связать в одно предложение термины «функциональная готовность» и «сороковочка», но не главное – профессионализм и компетентность.

Рикко Гросс – отдельная история.

«Я ничего не слышал о нем. В сложившейся ситуации мы не настолько ущербны и скудны, чтобы не найти профессионала в своей среде», – уверял Кравцов за месяц до назначения немца старшим тренером мужчин.

И ведь нет никакой уверенности, что Кравцов тогда врал – приглашение Гросса (это хорошо всем известно) ему навязали из региона, который привык диктовать условия в русском биатлоне.

Состав

Пожалуй, самый аномальный пункт в деятельности СБР, философию которого, наверное, не разгадать уже никогда. И дело даже не в том, что за три года в сборной ни разу не собрали идеальный состав – непонятна логика, следуя которой, одни торчат в команде сезонами, невзирая на результаты, а другие вышвыриваются вон после первой неловкой гонки.

В чем стратегия выбора состава, генеральная линия? Чего они хотят от команды?

Ставка ли это на опытных биатлонистов в надежде на сиюминутный результат или стремление доверять молодым на будущее?

Расчет на методичное накатывание тех, кого посчитали лучшими и перспективными, или тотальная проверка стартами всех, кто на слуху?

Упор на специализацию по дистанциям (как позиционировалось в прошлом году) или затыкание дыр на главных стартах теми, кого надо ставить хоть куда-то (как получилось по факту)?

Точечная подводка к конкретным стартам или гонка за квотой, очками в тотале и медалями на Военных играх и чемпионатах Европы?

Тот случай, когда ответов ждать не от кого.

Принципы

Всякий раз объясняя решения по составу, люди из СБР вспоминали размытые критерии отбора в команду, которые, якобы «полностью выдерживаются». Лапшин, Логинов, Слепов, Пащенко, Маковеева, Надеева, Волков, Виролайнен – далеко неполный список биатлонистов, которые могут рассказать о нарушениях принципов отбора на собственных примерах.

Но решающий критерий отбора в команду – все-таки слово президента СБР. Нужно ли напоминать лишний раз о случаях, когда проницательный взгляд Кравцова помогал сделать правильный выбор и указывал тренерам («моим тренерам», как любит уточнять Кравцов) на их место?

Выводы

Их нет. В российском биатлоне просто не привыкли их делать.

«Мы просмотрели большой объем спортсменов из резерва и дали им возможность выступать. Сейчас мы знаем направления, в котором необходимо идти, чтобы результаты Олимпиады-2014 можно было приумножить», – это цитата Кравцова после ЧМ-2015 в Контиолахти

«Сегодня тренерский штаб отчетливо понимает те проблемы, которые возникли в ходе сезона, и четко знает те задачи, которые им предстоит решить, чтобы результат сборной был связан не с отдельными всплесками, а имел твердый и устойчивый характер», – а это уже Холменколлен-2016.

«У нас есть определенное движение вперед, есть, наконец, четкие и самое главное выявленные проблемы, которые есть в команде, они будут ликвидированы к Олимпиаде», – наконец, Хохфильцен-2017.

Попробуйте найти десять отличий.

Коммуникации

Как-то в начале президентского пути Кравцов выступил с предложением на совещании в Минспорта – ограничить доступ журналистов и сделать команду непубличной. Это, пожалуй, голубая мечта команды Кравцова – спрятать биатлон, чтобы о нем забыли болельщики, журналисты со своими вопросами и ожиданиями.

Вспомните матерную истерику Кравцова в адрес Губерниева или сагу про неуправляемых блогеров Sports.ru – любая критика, любое независимое мнение человека, не стоящего в пуле «аналитиков ЦСП», будит в президенте зверя.

Отношения со спортсменами

Вот что хорошо получалось за три года у Кравцова, так это оскорблять или унижать биатлонистов:

Евгения Гараничева

«Что напоминает первый этап эстафеты? Это масс-старт! А в масс-старте этот, по-русски говоря, засранец чувствует себя комфортно»

Алексея Волкова

«Сам он может сколько угодно философствовать в интервью и считать себя ровней Шипулину, но надо понимать, что отдельно от сборной Волков работает только потому, что об этом попросил Антон. И проигрыш «ногами» в минуту двадцать никогда не сделает Волкова Шипулиным».

Антона Шипулина и Ольгу Подчуфарову

«Если человеку 34 раза сказать, что он свинья, то он точно захрюкает, понимая, что у него безвыходная ситуация. А здесь с самого начала журналистская братия решила одному и второму привесить ярлыки «лидер команды!» Лидер относительно чего и кого?»

Алексея Слепова

«Зачем мы на него деньги тратили? Лучше у себя в голове включите тумблер и научите его стрелять. Не можете? Скажите мне об этом. А если не умеете анализировать – отойдите в сторону»

Ульяну Кайшеву

«Я не думаю, что доставил удовольствие Кайшевой, поддавшись на «вопиющий глас народа». Здорово я ей «помог» 62-м местом? Нужно было стоять на своем»

Светлану Слепцову и Светлану Миронову

«Если одна и вторая чувствуют и понимают, что они не готовы, ну наберись мужества, подойди к тренеру и скажи: «Я не готова» – не занимай чье-то место».

***

Вообще, текст о президенте СБР мог состоять только из его цитат, и это был бы лучший портрет пыльного чиновника из прошлого – косного, надменного, с барскими замашками, подверженного эффекту Даннинга-Крюгера и напрочь лишенного рефлексии.

Иногда кажется, что Кравцов мог бы затмить даже Мутко – если бы чаще появлялся на экранах и отвечал не только за биатлон. Кравцов даже хитрее вице-премьера – умеет не только красиво преподнести собственную причастность к победам, но и неуловимо залечь на дно во время провалов.

Когда такому чиновнику доверяют работу с бумажками – это не так страшно. Возможно, в ЦСП Кравцов даже на своем месте, визируя сметы и списки на централизованную подготовку.

В биатлоне, и это становится очевидным даже для верных товарищей Кравцова, такое не проходит. За три года не сделано ничего. Да и непохоже вообще, чтобы Кравцов шел в биатлон что-то делать.

Следующие выборы президента СБР через год, и ясно, что до них Кравцов никуда из биатлона не исчезнет.

Может, хотя бы после уйдет? Что-то хорошее он же должен сделать...

Цитаты: «Р-Спорт», ТАСС, «Спорт-Экспресс», эфир «Матч ТВ»

Фото: РИА Новости/Алексей Филиппов; biathlonrus.com/biathlonrus.com, Андрей Аносов; РИА Новости/Александр Вильф (3-5)