15 мин.

Максим Якуценя: «Хоккей – бесконечное путешествие, где каждая игра – отдельное приключение»

Впечатляющее интервью лидера «Трактора» Максима Якуцени журналу «Миссия».

- Макс, твой хоккейный путь начинался еще в советское время. Ты должен прекрасно помнить то атмосферное время.

- Да, я – «Made in USSR». У нас во дворе была отличная хоккейная коробка, и вообще в Серове, откуда я родом, было много хоккейных команд, которые катались на таких вот дворовых коробках. Где-нибудь в подвале или вагончике подобие раздевалки, и вперед. Этого было вполне достаточно для того, чтобы ребята из соседних дворов приходили, тренировались. Поэтому в то время в Серове был хоккейный бум. Было около 5 команд, самая сильная из них – «Металлург», основанная на градообразующем предприятии. Остальные команды тоже были закреплены за местными организациями. Проводились первенство области и первенство города. Мне довелось поучаствовать в первенстве города в довольно молодом возрасте.

_4DS2261

- Сами площадку заливали?

- Конечно. Как могли, помогали старшим чистить, заливать. Уборка снега скребками была как обязательная часть подготовки к игре.

- Как обстояли дела с экипировкой? Приходилось изготавливать самому?

- Нет, до такого, конечно, не доходило, но дела с формой были не очень… Она периодически приходила в дворовые команды, но распределялась весьма интересным образом. Она хоть и была советского производства, но новая. Ее просто вываливали в центре раздевалки, и ребята по очереди по принципу старшинства подходили и выбирали себе, что понравилось.

Ну, в принципе, и мне доставалась нормальная хорошая форма. Хватало на пару-тройку сезонов. Если что-то ломалось или рвалось, сами же подшивали капроновыми нитками. Играли до полного износа, как говорится. На экипировку не тратились, да и тратить тогда было особо нечего.

- Отец сделал много для того, чтобы ты играл в хоккей?

- Отец всегда был и есть мой болельщик, переживает за меня, поддерживает. Я никогда не говорил с ним на тему того, видел ли он меня кем-то еще в будущем, но то, что он привил мне любовь к хоккею – это просто здорово. Отец всегда был жесткий, требовательный, порой даже суровый, но в то же время, и это я сейчас понимаю, мягкий, а с годами вообще подобрел. Самым страшным наказанием в детстве было не пойти на тренировку из-за плохой оценки, поэтому старался в школе успевать. Отец за этим жестко следил. Было время, когда мы по мелочи хулиганили где-то, но у меня всегда в голове все мысли были только о хоккее, и другого пути просто не существовало. Я мог себе позволить провести время в компании, но если у меня тренировка, то я бегу на тренировку.

- Насколько была велика роль твоего брата Яна в том, что ты стал хоккеистом?

- Конечно, брат был всегда для меня примером. Я старался во многом на него походить. Я смотрел, как играет он, и думал о том, что я очень хочу играть как старший брат. Несмотря на разницу в возрасте почти в 9 лет, он старался опекать меня и помогал мне постоянно. И только когда я вырос, эта возрастная грань стерлась, и мы стали очень близко общаться. Я всегда прислушиваюсь к его советам и рекомендациям. Он всегда останется моим старшим братом.

- В наши дни частенько можно наблюдать картину, когда мальчишку привезли на тренировку, но ему это явно не интересно, это интересно его родителям…

- Нет, у нас такого не было! Я же говорю, самое страшное наказание – остаться без тренировки. Сейчас у детей есть абсолютно все для занятий хоккеем: клюшки, коньки, что хочешь, огромный выбор. Иди и тренируйся…

И это приводит к результатам – например, в Челябинске и «Тракторе» уделяют своей школе огромное внимание, и в прошедшем сезоне она, где в том числе играет мой племянник, стала второй в России.

tr

- Когда ты понял, что хочешь стать хоккеистом и зарабатывать этим ремеслом себе на жизнь?

- Наверное, когда заканчивал школу. Меня начали подключать к играм за первую команду в Серове, в «Металлурге», что сильно воодушевило. Тогда и решил твердо, что буду профессиональным спортсменом. Когда в тебя верят и дают играть – это придает очень много сил и эмоций. Хочется доказывать, что тебя не зря поставили в основу. Есть мотивация, адреналин бьет. А когда еще начинает получаться…

- Когда стало получаться, то наверняка появился агент? И может ли хоккеист обойтись без услуг хоккейного агента?

- В 21 год. Потом он поменялся, и с тех пор я сотрудничаю с постоянным агентом. Его роль в жизни хоккеиста в современных реалиях просто огромна. Это, прежде всего, юридическая поддержка, оценка перспектив развития твоей карьеры и так далее.

- Согласен с мнением, что спортивные агенты и букмекеры рулят современным спортом?

- Не хочется в это верить (улыбается).

- На что потратил первую зарплату?

- На кроссовки «Найки», и очень обрадовался покупке, и особенно зарплате (смеется). Было это в году 98-ом или 99-ом… Мне тогда было 17.

- У тебя была когда-нибудь возможность съездить на просмотр за океан или в Европу?

- Нет, не было. Даже не могу однозначно сказать, почему этого не случилось. Я до 20 лет жил в городе Серове, который на карте-то не всегда найдешь. Для меня по молодости был предел мечтаний попасть хотя бы в нашу лигу. Но каждый игрок в душе мечтает, конечно, попасть в НХЛ. Это самая крутая лига в мире, и с нее все началось, по сути. Я не исключение – тоже мечтал попасть в НХЛ.

- А попал в Москву – в ЦСКА, причем, в довольно молодом возрасте. С какими соблазнами столкнулся в столице парень из провинции?

- Соблазнов там действительно огромное количество, на любой вкус, но я всегда дружил с головой и с дисциплиной, и у меня всегда была цель, на которой я был максимально сфокусирован. Все, о чем я тогда мечтал – это пробиться в основной состав и проявить себя там. Расти как игрок – была главная задача на тот момент.

Очень удобно было в игровом плане перемещаться по западной конференции: расстояния короткие – больше времени на восстановление. А если играем на Востоке, то, к примеру, прилетаем на Дальний Восток, сыграли, вернулись домой, а в Москве еще вечер только. Не надо было ложиться в 4 или в 5 утра после аэропорта. Мне это очень нравилось!Москва, конечно, оставила в моем сердце неизгладимое впечатление. Порой с ностальгией вспоминаю те времена. Даже не хотелось уезжать из этого города. Там же как – вышел из дома и растворился как капля в море. Но даже там, бывало, на улице или где-то всегда можно встретить знакомого. А еще Москва – это, конечно, постоянное движение, хоть днем, хоть ночью она не спит, и это всегда привлекало. Это такой город, который влюбляет в себя. Я много гулял по центру, по Тверской улице, в парках. Очень много интересных мест, но самые любимые – это, пожалуй, Тверская и ее окрестности, и Парк Горького.

ABC_2470

- Поговорим о тренерах, с которыми ты работал и эмоциях, необходимых в том или ином размере во время игры. Кто из троицы Назаров-Кинэн-Николишин самый импульсивный?

- Назаров.

- Из тех же, с самым лучшим чувством юмора?

- Назаров.

- Он уже зарекомендовал себя как состоявшийся специалист, обладающий собственным стилем и не скрывающий эмоций. А ты на его месте старался бы держать многое в себе, как, например, Валерий Белоусов, или мог бы выплеснуть эмоции прилюдно, не стесняясь в выражениях?

- Конечно, надо держать эмоции при себе, и я именно так бы и старался делать, просто, наверное, не всегда получалось бы. Точнее, получалось бы редко (смеется). А чтобы как Валерий Константинович держать все в себе – для этого нужно иметь крепкое самообладание.

- На льду ты зачастую даже и не стараешься сдерживаться, особенно если партнер ошибается при развитии атаки, ты реагируешь. Одни скажут, надо быть сдержанней, а другие, напротив, одобрят, мол, ему не безразлично. Где та грань, за которую не желательно заходить?

- Да, я частенько не сдерживаю эмоции. Стараюсь, но не всегда получается. Просто я переживаю за команду, за результат. Но иногда надо себя контролировать. Вот сейчас у нас команда собирается, где много молодых игроков. Буду для них лидером, своим примером буду показывать свое отношение к хоккею, и от них того же будем ожидать. Конечно, эмоции будут, куда без них, особенно в игре. И иногда повысить голос очень даже не повредит. Но больше, конечно, будет конструктива в подсказках, нежели негатива.

- Ты также сможешь помочь адаптироваться новым легионерам «Трактора». Где ты выучил английский?

В школе. Если б знал, что он мне так пригодится, то больше внимания уделил бы этому предмету. У меня хорошее восприятие на слух и память неплохая. В общении слово услышал или в фильме – сразу запоминаю. Я не стесняюсь говорить с ошибками, главное – чтобы меня поняли. Лучше сказать неправильно, чем вообще промолчать. И ребята меня понимают.

- Говорят, у тебя с чувством юмора все в порядке.

- Да, не жалуюсь (смеется). Вообще, юморить важно в команде. Да и не только в команде. Чувство юмора мне лично помогает жить. Конечно, надо во всем меру знать, но если есть повод пошутить, он будет использован. А вообще был такой игрок Олег Белов, вот кто любил «поморить». У Кузи с чувством юмора все в порядке. Но главное в шутке – это момент. Нужно выбрать правильный момент или ситуацию. Совсем не обязательно шутить постоянно, главное – качественно.

- С чем у тебя лично ассоциируется Челябинск?

- Скажу, что мне не нравится, когда речь заходит о Челябинске в определенном контексте. Неправильно, что городу создан образ серого и сурового. Челябинск – отличный позитивный город. Мне неприятно, когда над ним подшучивают, или как-то негативно отзываются. Мне здесь абсолютно комфортно живется. Единственное, на что хотелось бы обратить внимание – это разнообразие архитектурных решений. Уж очень много одинаковых зданий в городе.

- Существует мнение, что все атлеты в той или иной степени к определенному возрасту набираются знаний, умений и опыта в одинаковом количестве и между собой примерно равны, но истинный талант раскрывается лишь тогда, когда у атлета все в порядке с психикой, чтобы преодолеть этот пресловутый психологический барьер. Согласен?

- Конечно. Необходимо иметь стержень, который бы не давал тебе останавливаться и заставлял двигаться вперед. Ведь иногда бывает такое, что бежишь кросс на последнем издыхании, и всякие мысли приходят в голову. Кто-то сдается, а кто-то бежит до конца, потому что надо. Один раз пересилить себя, и потом это будет как обычное дело. Так же и в жизни. Кто-то сворачивает с пути при трудностях, а кто-то идет до упора, не зная, какой будет результат, положительный или не очень. Ты даже не представляешь себе, сколько талантливейших людей осталось вне хоккея. Все есть: катание, руки на месте, поляну видит. А потом одну тренировку пропустил, на вторую опоздал, там девочки, здесь вечеринки, и пропал талант…

- Кстати, о женщинах. Какой сейчас у тебя официальный статус?

- Свободен (смеется).

_4DS2269

- Говорят, ты самый завидный холостяк города.

- Не знаю, не знаю, как-то особого внимания со стороны женщин ко мне и нет. Или я не замечаю.

- А как относишься к женскому хоккею?

- Никак. Это все-таки не то. Я уважаю, что они занимаются этим видом спорта, бегают, голы забивают, но все-таки это не женское дело.

- Обратил внимание на большое количество «одинаково сделанных» женщин с неестественными «вставками»?

- Да, но мне такие не нравятся. Мне нравится, когда женщина по-своему привлекательна, со своей изюминкой, с подчеркнутой индивидуальностью. А все эти нарощенные части тела меня не привлекают, это неестественно. Я за стиль «натюрэль». Но самое главное, что у нее внутри. Идеальная женщина – это добрая, отзывчивая, уважающая, и чтобы искорка внутри горела, энергичная чтобы была. Очень важно наличие чувства юмора.

- Твой идеал красоты и таланта?

- Моника Белуччи, без вариантов. Привлекательна и как женщина, и как актриса. И дай бог каждой женщине выглядеть так, как она в своем возрасте. Просто поразительная красота!

- Ты много путешествуешь. Почему этим летом решил отправиться в Америку? Ведь долго собирался…

- Сначала просто не хотелось, а потом как щелчок – раз, и взял билет. У меня бывает такое. Но путешествие в Америку я планировал заранее, там виза нужна.

- А почему в Азии до сих пор не был?

- Не представляю пока себя в этой части света. Еда там острая. Хотя, смотришь, как люди знакомые фото с отдыха выкладывают, им вроде нравится. Но я пока не готов так много лететь для того, чтобы отдохнуть. За сезон так налетаешься. Но в то же время долгий перелет в Америку не показался таким утомительным, так как самолет был просторный и с отличным обслуживанием. В Азию лететь примерно столько же, но пока душа не лежит, хотя это может поменяться в раз. Соберусь, допустим, в Индонезию, очень интересная страна.

VG--246

- Какими показались тебе США? Оправдались ли твои ожидания от увиденного?

- Да, я именно такими себе их и представлял: высокотехнологичная страна, и люди очень общительные. Недалеко от Лас-Вегаса мы посетили место под названием Красная Скала, где к нам подошла женщина лет шестидесяти и так непринужденно начала разговор. Я его с удовольствием поддержал и очень хорошо понимал, что говорила та женщина. Мы долго общались, и мне показалось, что она тоже с интересом общалась с людьми из России. Мне очень понравилось, что люди там более открытые, улыбчивые, извиняются по поводу и без. В общем, я остался доволен от общения с простыми американцами. Когда мы были на Таймс Скуэр в Нью-Йорке, то видели не только полицейских, но и других очень хорошо вооруженных ребят. Там много туристов и уровень безопасности очень высок.

- К кому-нибудь из знакомых удалось в гости наведаться?

- Нет, по времени не пересеклись, а так можно было и к Жене Дадонову, с которым мы играли вместе в Донецке, съездить, или к Вове Денисову во Флориду, но не получилось.

- Зато получилось посетить Канкун, этакий мини-городок для туристов. Удалось увидеть нищету Мексики?

- Да, удалось. Мы брали машину и объехали почти весь Канкун, который разделен на зоны побогаче и победнее. Есть территория, где расположены дорогие виллы, и есть зона отелей. Недалеко живут люди, кто обслуживает все эти отели и виллы, а еще дальше, кто не понятно, на что живет, но даже там почти везде идеальные дороги. Мы проехали почти 200 км, и машину ни разу не качнуло.

- Есть ли такие места на Земле, куда бы ты не поехал ни при каких обстоятельствах?

- Наверное, на Ближний Восток, кроме Эмиратов, разумеется.

- Что для тебя путешествия?

- Прежде всего – эмоции. На сезон, на всю жизнь. Мне надо везде поездить, посмотреть, слазить. В общем, набраться как можно больше эмоций. Ну и на пляже поваляться, конечно же.

- Насколько эмоции важны в твоей жизни?

- Очень важны. Я вообще эмоциональный парень. Конечно, эмоции всякие бывают, и я стараюсь быть больше на позитиве. Они влияют на игру. Если ты заряжен позитивными эмоциями, то ты и играешь, как ты на самом деле играешь. Ни о чем не думаешь, кроме игры, все получается. А когда все получается, и эмоций и приятных ощущений становится в разы больше, за которые реально стоит проливать пот и кровь.

Вообще, между прочим, можно сравнить путешествия и хоккей. Хоккей – это своего рода бесконечное путешествие, где каждая игра – отдельное приключение.

- КХЛ должна развиваться за пределами России, на твой взгляд?

- Да, это интересно. Интересно играть в других странах – там по-другому болеют. Атмосфера на европейских аренах отличается от российской.

IMG_7563

- Часто ли ты проводишь время с сыном?

- Не так часто, как хотелось бы. Он дарит мне много радости и положительных эмоций, после того, как увижусь с ним. Я вижу, как он растет, чем интересуется. Стараюсь вникать в его интересы. Я не навязываю ему хоккей, он сам выбирает себе занятие. И вообще, я считаю, что ребенок сам должен выбирать, чем ему заниматься и как развиваться, а родители лишь должны помогать. Мой сын не станет хоккеистом, о чем я нисколько не жалею. У ребенка глаза гореть должны в ожидании тренировки, и если этого нет, то ничего не получится. Единственное, что получится, это физические данные и характер, а в остальном нужно огромное желание.

- Твои ожидания от предстоящего сезона? Не секрет, что на тебя будет возложена очень важная миссия – в «Тракторе» рассчитывают на тебя как на лидера.

- Меня здесь все устраивает, мне нравится, как руководство области, президент клуба Борис Александрович Дубровский интересуется делами «Трактора», нравится, что клуб ни в чем не нуждается. В мае мы договорились с клубом о продлении контракта до 2018 года. Сергей Гомоляко пошел навстречу мне и агенту, теперь мне будет играть в «Тракторе» еще более комфортно.

От предстоящего сезона я жду лишь одного — попадания в плэй-офф. А там нужно максимально проявить себя. Это самое лучшее время в хоккее, как для болельщиков, так и для игроков. Дай бог, чтобы у нас и Анвара Рафаиловича все получилось в новом сезоне. Тем более, что он будет важным для клуба и болельщиков — 70-м в истории.

- Самому известному легионеру «Трактора» и твоем приятелю Дерону Куинту – сорок, а он еще играет. Какие у тебя планы в этом смысле?

- Играть, пока есть желание, пока есть эмоциональный заряд и силы, а там как бог даст.

Журнал "Миссия"